"Закон Свободы" Уинстенли
Уинстенли   - виднейший теоретик  движения  «диггеров". «Закон Свободы» — самое продуманное, систематическое и цельное изложение идей Уинстенли. Это произведение относится к типу «утопий» и содержит детально разработанный план нового общества, в значительной степени основанного на социалистических принципах.
 
«Закон Свободы» был опубликован в 1652 г. Он начинается с обращения к «его превосходительству Оливеру Кромвелю, генералу республиканской армии в Англии». В обращении Уинстенли указывает Кромвелю на то, что несмотря на победу революции и казнь короля, положение простого народа не улучшилось: он обременен налогами, находится под властью богачей, юристов и священников. Обещания «уничтожить с корнем все священство, епископство и тиранию» — не выполнены. «За что мы боролись?» — спрашивают многие бывшие солдаты. И Уинстенли призывает Кромвеля дать угнетенному простому народу истинную свободу.
              -----------------------------------------------------------
   Основная часть сочинения начинается с выяснения того, что же такое
истинная свобода. Уинстенли считает, что она — в свободном пользовании плодами земли: «Для человека лучше было бы не иметь тела, чем не иметь пищи для него».
   А более конкретно истинная свобода заключается в свободном пользовании землей. Ради земли короли ведут войны, священники проповедуют, богатые угнетают бедных. А это «внешнее рабство» порождает «внутреннее рабство»: «рабство ума, как алчность, гордость, лицемерие, уныние, страх, отчаяние и безумие — все это вызывается внешним рабством, которое одни люди налагают на других.

   Основываясь на этом материалистическом взгляде на общество,
Уинстенли развивает план нового общественного уклада, в котором устраняется частное пользование землей, а как следствие исчезает и «внешнее» и «внутреннее рабство». В качестве основного принципа построения общества он выдвигает подчинение интересов личности общим интересам: «Существует только рабство и свобода; частный интерес и общий интерес; и тот, кто будет ратовать за то, чтобы внести частный интерес в свободную республику, тот будет тотчас же обнаружен и изгнан как человек, стремящийся снова вернуть королевское рабство».

   Более конкретно, в государстве, по плану Уинстенли, отменяется частная собственность на землю, торговля и деньги. Земля обрабатывается отдельными большими семьями по указаниям и под контролем государственных чиновников. Оборудование же хранится в каждой семье, но не как ее собственность, а как имущество, доверенное государством, за сохранность которого уголовно отвечает глава семьи. Лошади выделяются государством. После сбора урожая продукты сдаются на государственные склады.
   В таком же положении находятся ремесленники: они получают сырье с государственных складов и сдают туда свою продукцию. Работают либо семьями, либо в общественных мастерских. Граждане переводятся администрацией из одной семьи в другую — в зависимости от положения с рабочей силой или их способностей к определенной работе.

   Кроме свободных граждан, работают и граждане, которых суд лишил свободы. Иногда Уинстенли называет их рабами. Они делают ту же работу, что и свободные, но более тяжелую. Наблюдает за ними должностное лицо, называемое «смотритель».
   «Если они будут выполнять свои нормы, то он позволит выдавать им достаточное количество пищи и одежды, чтобы сохранить здоровье. Но если они будут проявлять отчаяние, легкомыслие или леность и не будут спокойно подчиняться закону, смотритель назначит им скудное питание и будет бить их кнутом, „ибо лоза уготована для спины глупцов“, до тех пор, пока их гордые сердца не склонятся перед законом».
   «Если же какой-нибудь нарушитель убежит, об этом будет возвещено через глашатая, и он будет приговорен судьей к смертной казни, когда будет снова задержан».
    Но положение раба не распространяется автоматически на родственников, если они сами не провинились. Цель рабства — перевоспитание порочных граждан:

    Все необходимое граждане свободно и безвозмездно берут из государственных магазинов. При этом возникает, очевидно, затруднение: «На самом деле алчный, высокомерный и скотоподобный человек пожелает большего, либо для того, чтобы возлежать подле и созерцать их, либо для того, чтобы растратить их и испортить по своей прихоти, тогда как другие братья будут жить в нужде вследствие недостатка их для употребления. Но законы и верные должностные лица свободной республики будут регулировать неразумные действия подобных лиц».
    И действительно, согласно закону, отец семьи, в которой потребляется больше должного, наказывается сначала публичным выговором, а потом обращением в рабство на определенный срок.

    Тем же способом разрешается и второе затруднение: что может заставит всех работать нужное время и с нужной продуктивностью, если материально никто в этом не заинтересован? Гражданин, отказывающийся выполнять порученную работу, или юноша, отлынивающий от обучения ремеслу, к которому он приставлен, наказывается сначала публичным выговором, потом кнутом, а если это не поможет — обращением в рабство.

   Основной производственной и административной единицей в государстве является семья. Ее возглавляет «отец» или «хозяин». Список «должностных лиц в свободной республике» начинается так: «В частной семье должностным лицом является отец или хозяин.
   Его отношения с членами семьи такие: «Он должен поручать им их работу, следить за выполнением и не допускать, чтобы они жили в праздности; он должен или порицать их словами, или сечь непокорных, ибо лоза должна быть приготовлена, чтобы привести неразумных к опытности и сдержанности.
   По-видимому, родственные отношения в семье не играют основной роли: «отец» может быть смещен за провинность и заменен другим лицом, а остальные члены — переведены в случае необходимости в другие семьи.

  Начиная с семьи, государство строится из все более крупных единиц, управляемых должностными лицами, список которых приводится в сочинении Уинстенли. Мы перечислим тех, которые управляют следующей после семьи ячейкой: приходом, местечком или городом. Это: Миротворец,
Отдел наблюдателей из четырех лиц, Солдат, Смотритель за работами, Палач.
  Миротворец обязан усовещивать нарушителей закона или препровождать их в область и графство в распоряжение судьи. Наблюдатели следят за производством и потреблением семей. По поводу солдата автор говорит, что "на самом деле все государственные должностные лица — солдаты».
   Функция же солдата в собственном смысле слова заключается в оказании помощи должностным лицам и в защите их во время беспорядков. Смотритель ведает присужденными к принудительной работе (рабами).
   Палач должен «отрубать головы, вешать или расстреливать или бичевать нарушителей в соответствии с постановлением закона».

   Начиная с этих низших должностных лиц и вплоть до самых высших — все они являются выборными и должны переизбираться каждый год. Во главе страны стоит парламент, также переизбираемый ежегодно. Выбирать могут граждане, достигшие 20 лет, быть избранными — начиная с 40. Однако довольно многие лишены активного или даже пассивного избирательного права.
    «Все антиобщественные люди, как то: пьяницы, сварливые и чудовищно невежественные люди, боящиеся говорить правду, чтобы не раздражать других людей, а также те, что всецело отдаются удовольствиям и спорту, или очень болтливые люди, все подобные — лишены понимания сущности жизни и не могут быть опытными людьми, а следовательно, и непригодны для избрания на должности в республике, однако они могут иметь голос при выборах».
«…все те, кто заинтересован в монархической власти и правлении, не могут ни избирать, ни быть избранными».
   К ним относятся «те, кто либо предоставлял средства на содержание королевской армии, либо сам был солдатом в этой армии и боролся против восстановления общей свободы»,а также «все те, кто поспешно стал покупать и продавать земли республики и тем самым опутал ее на новых основаниях…»
                          ------------------------------------------------------------------------------------
   Раньше, в начальный период движения «диггеров», Уинстенли выступал как противник насилия и государственной власти. Он считал, что закон необходим для живущих под проклятием собственности, но становится ненужным для отказавшихся от нее и живущих на началах справедливости и общности. В памфлете «Письмо лорду Ферфаксу и его военному совету…» он писал: «Мы сказали вам, что мы не против чего-либо, что управляется должностными лицами и законами, но с нашей стороны мы не нуждаемся ни в том, ни в другом виде правл. «Мы знаем, что ни один человек из тех, кто подчиняется этому справедливому закону, не осмелится арестовать или поработить своего брата…»

   Следуя логике развития всех подобного рода движений, в опубликованном спустя 3 года
«Законе Свободы» Уинстенли уже вполне допускает, что в планируемом им государстве можно будет и арестовать, v. поработить (отнюдь не в переносном смысле) своего брата. Его сочинение содержит подробно разработанную систему наказаний.
  «Тот, кто ударит своего соседа, сам получит от палача удар за удар, и утратит око за око, зуб за зуб, член за член: основание этому то, чтобы человек заботливо относился к личности других, поступая так, как с ним должны поступить другие».
    Оскорбление должностных лиц карается более сурово: за удар полагается год принудительных работ.
   «Тот, кто старается возбудить раздоры между соседями пересказами и клеветой, присуждается к выговору, наказанию кнутом, принудительным работам, если он не исправится — то к пожизненным».
   Принудительными работами карается неоказание содействия наблюдателю, а также попытка купли или продажи. Но покупка или продажа земли карается смертной казнью. Кто будет называть землю своей, будет посажен на позорный стул, если же он будет браниться — его казнят.

    Опора строя — армия. Она разделяется на две части: правящую и сражающуюся. В правящей армии офицерами являются все должностные лица, а весь народ — рядовыми.
   «Использование или назначение сражающейся армии в республике заключается в подавлении всех, кто восстает с желанием уничтожить вольности республики».
   Она должна защищать государство от «восстания или мятежа себялюбивых должностных лиц или темного народа или для подавления мятежа любого глупца, поднятого с целью нарушить наш общий мир».
   Армия оказывает также сопротивление иноземному врагу, но имеет и еще одну функцию — установление такого же строя в других странах: «…если какая-нибудь страна будет завоевана и порабощена так, как была порабощена Англия своими королями и их захватническими законами, тогда армия должна быть создана в величайшей тайне, насколько это возможно, для восстановления страны и освобождения ее, чтобы земля могла стать общей сокровищницей для всех ее детей…»

   Как мы видели, во многих отношениях социалистические концепции Уинстенли гораздо умереннее, чем у его предшественников — Мора, и тем более Кампанеллы: упраздняется лишь частная собственность на землю, на продукты труда и частично на то, что впоследствии стали называть «средствами производства», нет и речи об общности жен или государственном воспитании детей. Во многих местах своего сочинения Уинстенли возражает против более крайних взглядов, явно полемизируя с другими, более радикальными течениями. 
  «Хотя земля и склады будут общими для всех семейств, однако каждая семья будет жить отдельно, как и теперь. Дом каждого человека, его жена, дети, обстановка для убранства дома, все, что он получит со складов или добудет для нужд своей семьи, — все это будет составлять собственность его семьи для ее мирного существования».
   Законы должны охранять граждан от тех, кто придерживается этих «ложных мнений», должны карать «подобное невежественное и безумное поведение».

    Но в одной области Уинстенли пошел гораздо дальше Мора и Кампанеллы — в отношении к религии. Прохладное отношение к религии и церкви этих писателей, уклон в сторону пантеизма и обожествления «механизма вселенной», которые мы встречали у этих авторов, сменяются у Уинстенли нескрываемой враждебностью к церкви и полной заменой религии моралью и рационалистической наукой. Основную цель современной ему религии Уинстенли видит в помощи богатым эксплуатировать бедных: «Это божественное учение, которое вы называете духовными и небесными вещами, есть грабеж и разбой». «…это учение стало прикрытием политики хитроумного старшего брата в вопросе о свободе земли». «Следовательно, это священное духовное учение есть обман, ибо в то время, как люди взирают на небо и мечтают о блаженстве или опасаются ада после своей смерти, им выкалывают глаза, чтобы они не видели, в чем состоит их прирожденное право и что они должны делать здесь, на земле, при жизи.
Конец этого обольщения близок, пророчествует автор:

    В описываемом Уинстенли будущем обществе священников будут выбирать на каждый год, как и любое должностное лицо. Обязанности этого «республиканского духовенства», как его называет Уинстенли, состоят в выполнении функций, которые с обычной точки зрения не имеют никакого отношения к религии. Священник должен произносить проповеди на следующие темы: «о состоянии всей страны по данным, полученным от начальника почты, соответственно сообщениям его управления», «прочесть закон республики, «пояснить деяния и события древних веков и правлений, выдвигая на первый план благо свободы, происходящее от хорошо организованного правления…»,
«о всех искусствах и науках, один день об одном, в другой — о другом, как например, по физике, хирургии, астрологии, астрономии, навигации, хлебопашеству и тому подобное», «речи могут иметь иногда темой природу человечества, его темные и светлые стороны, его слабость и силу, любовь и зависть…»
   Впрочем, проповеди сможет произносить не только священник, но всякий опытный человек.
   Таким образом, Уинстенли планирует, видимо, под названием священников создать класс людей, занятых пропагандой официального мировоззрения и исполняющих в некоторой мере роль учителей.       На возражения воображаемого оппонента, «ревностного, но невежественного профессора» Уинстенли отвечает: «Познать тайны природы — это значит познать дела Божий, а познать дела Божий во творении, это познать самого Бога, так как Бог пребывает в каждом видимом деле и теле».