Социализм и семья
               Концепция марксизма в  вопросе семьи.
    Теоретические размышления и практические действия в отношении  семьи на первом этапе строительства государственного социализма базировались на марксистских концепциях, наиболее полно изложенных в книге Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Взгляд его на современную семью таков:
    «Моногамия возникла вследствие сосредоточения больших богатств в одних руках — притом в руках мужчины — и из потребности передать эти богатства по наследству детям именно этого мужчины, а не кого-либо другого».
    О будущем семьи он говорит:
   «С переходом средств производства в общественную собственность индивидуальная семья перестанет быть хозяйственной единицей общества. Частное домашнее хозяйство превратится в общественную отрасль труда. Уход за детьми и их воспитание станут общественным делом; общество будет одинаково заботиться обо всех детях, будут ли они брачными или внебрачными».

     Казалось бы, раз семья лишается всех социальных функций, с точки зрения исторического материализма она необходимо должна исчезнуть. «Коммунистический манифест» действительно прокламирует уничтожение «буржуазной семьи». Что же займет ее место? Ответы классиков марксизма на этот вопрос поражают своей двусмысленностью.  В «Манифесте»,  авторы, возмущаясь, говоря о том, что коммунистов обвиняют в желании ввести общность жен, но и явно уклоняются от того, чтобы прямо опровергнуть это обвинение. В другом документе, использованном Марксом при составлении «Манифеста»,    «Протоколах немецкого рабочего общества самообразования», говорится:
    «Вопрос 20-й: Будет ли вместе с уничтожением частной собственности провозглашена общность жен? Ответ: Ни в коем случае. Мы будем вмешиваться в частные отношения между мужчиной и женщиной лишь постольку, поскольку они будут нарушать новый общественный строй. Мы очень хорошо знаем, что семейные отношения в ходе истории подвергались изменениям в зависимости от фаз и развития собственности и что поэтому и уничтожение частной собственности окажет на них самое решительное влияние».....
    «С того момента, как семья начинает себя противопоставлять обществу, замыкаясь в узкий круг своих чисто семейных интересов, она начинает играть консервативную роль во всем общественном укладе жизни. Такую семью мы, безусловно, должны разрушать».....

                                          Семья при социализме

   А вот другие выдержки, уже из советской прессы:
   «Дух солидарности, товарищества, готовности отдаваться общему делу развит там, где нет замкнутой семьи. Это превосходно учитывалось вождями всех почти крупных общественных движений… В социалистическом строе, когда не станет домашнего хозяйства, а дети будут воспитываться за счет общества со дня рождения, вместо семьи, вероятно, создадутся другие формы союза полов».....
   «В будущем социалистическом обществе, когда воспитание, образование и содержание детей отойдут от обязанностей родителей и всецело лягут на обязанности всего общества, ясно, что должна отмереть и семья»).....
   «Едва ли мы должны стремиться к особо устойчивой семье и под этим углом зрения рассматривать брак».....

    Практические же выводы из этой общей тенденции делались разные. Коллонтай призывала к развитию свободной любви с частой сменой партнеров: «для рабочего класса большая „текучесть“, меньшая закрепощенность общения полов вполне совпадает и даже непосредственно вытекает из основных задач данного класса».
     В пьесе «Любовь пчел трудовых» и статье «Дорогу крылатому Эросу!» она наглядно развивала эти положения. Против них резко возражал Ленин: 
   «Беспорядочная половая жизнь несомненно ослабляет каждого, как борца».

    М. Н. Лядов (Мандельштам, один из старейших социал-демократов и большевик) призывал к отмене семейного воспитания детей:
   «Можно ли коллективного человека воспитать в индивидуальной семье? На это нужно дать категорический ответ: нет, коллективно мыслящий ребенок может быть воспитан только в общественной среде… Каждый сознательный отец и мать должны сказать: если я хочу, чтобы мой ребенок освободился от того мещанства, которое сидит в каждом из нас, нужно изолировать ребенка от нас самих… Чем скорее от матери будет отобран ребенок и сдан в общественные ясли, тем больше гарантий, что ребенок будет здоров».

   Наконец, предлагалось и далеко идущее вмешательство государства в семейные отношения. Этому давалось и историческое обоснование:
   «там, где государство овладело всеми хозяйственными ресурсами, как в древнем Перу, оно стремилось поставить под свой контроль как самое заключение брака, так и семейную жизнь брачующихся».
   Предлагались и радикальные евгенические меры, например:
«…у нас есть все основания предполагать, что ко времени социализма деторождение будет уже изъято из-под власти стихии».
                        ----------------------------------------------------------------------------
   Такое нигилистическое отношение к семье, по сути – низведение людей до примитивного уровня, как мы видим, было характерно не только для античных и средневековых авторов утопий, но и для поздних революционеров.
   В этом сыграли свою роль и наследуемые от утопистов идеи, и неразвитое положение народа. Своих жён отдавать в общее пользование коммунисты не собирались, также как национализировать собственных детей, а вот по отношению к жёнам и детям рабочих и крестьян они такое допускали. Коммунисты действовали как эмиссары бездушного государства, и это безобразно трансформировало их мораль.

   Практика социализма в отношении семьи, конечно, отставала от идеологии. Но все же был проведен ряд мер, идущих хотя и не столь далеко, но в том же направлении. Законодательство максимально упрощало заключение и расторжение брака, регистрация рассматривалась лишь как один из способов подтверждения брака (наряду, например, с его судебным подтверждением).
   «…регистрация — пережиток старых буржуазных отношений, и ее в конце концов совсем не будет»( из выступление большевика Ларина).
   Развод  давался по первому заявлению одной из сторон. Отцовство устанавливалось на основании заявления матери.

   Квартиры-общежития не имели, как правило, кухонь, так как предполагалось, что питаться все будут в столовых и «фабриках-кухнях». В записке «Десять тезисов о советской власти» Ленин предлагал:
   «Неуклонные, систематические меры к (переходу к Massenspeisung) замене индивидуального хозяйничанья отдельных семей общим кормлением больших групп семей».

    Общежития, питание в столовых, воспитание детей отдельно от родителей — осуществлялось в ряде коммун.
    Эти меры действительно привели к значительному ослаблению семьи.

    В Европейского части СССР, например, число браков на 100.000 с 1924 до 1925 г. упало с 1.140 до 980, а число разводов увеличилось с 130 до 150. В 1924 г. среди разводившихся состояли в браке меньше одного года на каждую 1.000: в Минске — 260, Харькове — 197, Ленинграде — 159 (для сравнения: в Токио — 80, Нью-Йорке — 12, Берлине — 11). Известно, каким бедствием была в то время детская беспризорность. Уже тогда исследователь замечал:
   «Немалую долю теперешней детской беспризорности нужно отнести за счет того, что семья распадается, разваливается».
              --------------------------------------------------------------------------------------

    То негативное восприятие семьи легко объясняется. Поколение, только что приступающее к построению нового политического строя, ещё само к нему не готово, поскольку сложилось в условиях иной системы. Только поколение, уже рождённое в условиях нового юного государства, становится его истинным носителем. Семья являлась помехой в воспитании нового советского поколения.

    Но обвинять социализм в вечной враждебности семье не стоит. Жизнь такое утверждение опровергает.

   Во-первых, нравственность народа оказалась несравненно выше, чем первоначально предполагали теоретики и идеологи государственного социализма. Комсомольцы и коммунары, после некоторого увлечения «свободной любовью»,  создали собственные семьи и стали примерными родителями.
    Во-вторых, социалистическому государству, как выяснилось, семья не столько мешала, сколько помогала в установлении стабильности и порядка.
    С годами в Советском Союзе половой распущенности стало даже меньше, чем в капиталистических странах, также меньше был и процент распадающихся браков.
                                         ------------------------------------------------------------------

   Увеличение  разводов, ослабление семейных связей и всплеск детской беспризорности мы вторично пережили в 90-е годы прошлого века уже при распаде Советского государства и восстановление капитализма. Это доказательство того, что семью губит разруха, нищета, общая нестабильность и крушение всех привычных норм жизни.

   А ещё семьи разрушает возросшая гражданская свобода, и то, что люди стали сложнее, индивидуальнее! Ускорился ритм жизни, облегчился быт, отодвинулось старение – и все эти положительные изменения поставили семью под угрозу развала, ради создания новой семьи.
  Семью сегодня ослабляет и разрушает новый образ жизни, и эта тенденция будет с годами только усиливаться.

Народный социализм изначально заинтересован в формировании у граждан крепкой семьи, основанной на любви и взаимной привязанности.
    Снизится роли материальных факторов и люди обретут свободу от власти вещей. Община станет большой семьёй для каждого человека. Ненавязчивый контроль со стороны многочисленных общественных организаций и реально ощущаемая помощь с их стороны, станут привычным условием жизни.

    Будет ли семья прочнее, сократится ли число разводов?  Это предвидеть невозможно. Но наверняка можно сказать одно: люди станут счастливее и сильнее! Меньше будет боли и чувства одиночества. Детей не будут отрывать от родителей, но любовь и заботу они  получат не только дома, но  и со стороны Общества. Община не допустит тлетворного влияния на ребёнка плохой семьи с недостойными родителями, и вовремя найдёт полноценную замену такой семье.
     Любое государство к вопросу воспитания  подходит казённо. Только Общество способно дать каждому человеку тепло и дружеское участие.

                   Теперь обратимся к коллективному питанию.
     Оно уже стало привычным в сегодняшней жизни. В туристической поездке, в санатории, в пансионате, в пионерском лагере, в армии -  люди питаются в столовой. И если еда вкусная и разнообразная, особенно если это "шведский стол", то такое питание всех очень устраивает. Особенно оно нравится женщинам, получившим свободу от многочасовой кухонной вахты.
      Народный социализм не ликвидирует домашние кухни, но расширит сеть общественного питания.

   А для вновь создаваемого этноса нового казачества питание в общей столовой станет каждодневной приятной реальностью. На Новое казачество возлагаются большие надежды по омоложению нации и увеличению  её активности. Коллективизм нового казачества будет выше, чем в гражданских общинах. Жизнь  нового казачьего этнос будет строиться но принципу коммуны.
   Может быть кто-то уже и кривится презрительно, представляя себе страшилку, вроде аракчеевких военных поселений. Но Народному государству нужен иной защитник - народ, не только дисциплинированный, патриотичный и подготовленный к воинской службе, но широко образованный, сильный и свободный, мирно работающий на своей земле, живущий в просторных квартирах, обладающий всеми общественными правами и благами.
   В новом этносе должны наиболее ярко проявиться лучшие качества народа. Новые казаки станут самыми активными и сильными представителями российского суперэтноса.

   (Тема нового казачества разрабатывается в статьях, размещённых на различных сайта, хотя и они ещё не передают всех видимых нами деталей этого нового образа жизни).